За разговорами доехали до маленького городка, припарковались на полупустой стоянке у местного дома престарелых. Дальше пошли пешком - искать Главную улицу - Мейн-стрит.
В маленьком старом городе и масштаб не такой, как, например, в Вашингтоне с его огромными открытыми пространствами. Узкая мостовая, где едва две машины разминутся, узкая же полоска газона и неширокий кукольный тротуарчик. Растянулись семейным караваном на полквартала.
- А у нас в городке нет Мейн-стрит, - сказала я. - Все улицы равнозначные.
- Поэтому и парада нет, - ответила сноха, то ли в шутку, то ли всерьёз.
Домики вокруг стояли очень симпатичные, как на картинке, огороженные белыми заборчиками, утопающие в цветах и зелени.
- Хороши домишки, да для нашей семьи маловаты, - критически сказала я. - Рассчитаны, наверное, на супружескую пару, уже вырастившую детей.
- А вот туда взгляните, - сказала сноха, указывая на настоящий многоуровневый деревянный дворец с башенками, верандами, крытым переходом.
Начался район больших старых домов, и мы уже вышли к перекрёстку, на котором решено было остановиться.
Главная улица была пуста, и на ней  кое-где  стояли полицейские - два-три человека, не больше. Ещё один на перекрёстке перекрывал проезжую часть жёлтой полосатой лентой - готовил безопасный проход парада. Парень был одет в синий комбинезон и жилет с яркими жёлтыми полосами.
Недалеко стояла ярко-красная старая пожарная машина, разнаряженная для парада. По её виду я поняла, что будет весело.


Продолжение следует.

Мы пришли на полчаса раньше назначенного времени парада, и на пустой перекрёсток только начали собираться окрестные жители. Все - со складными стульчиками.
Явилась  бабка в коротком, до колен, летнем платьишке цветов национального флага. На седых кудряшках - звёздно-полосатый козырёк, вокруг шеи - бумажный шарф тех же цветов. Поставила матерчатое кресло в тень, на огороженную проезжую часть, удобно устроилась.
Приехал на быстром ходу старик в инвалидном кресле какой-то особой конструкции: не то очень старой, я таких не видела, не то новейшей. Он сидел в этом кресле на высокой платформе, как на коне лихой рубака, только шашки не хватало. К нему из ближайшего симпатичного домика приползла бабка, волоча за собой раздвижнойной стул. На бабке были светлые мини-шорты, открывающие смертельной белизны ножки и ковбойские сапоги до колен.
- Во старики зажигают! - засмеялся украдкой сын.
Было много детей всех возрастов, молодых мамаш с колясками, пожилых семейных пар, дам неопределённого возраста с собаками. Высокий крепкий мужик привёл свой выводок в одинаковых праздничных маечках. Я присмотрелась: пятеро детей, младший в коляске.
- Посмотри, - толкнула я сына под руку, - у него аж пятеро!
- То-то у него лицо хмурое, - с пониманием сказал сын.
У симпатичной девушки на плече была цветная татуировка - национальный флаг и орёл.
- Временная тату, на время праздника, - сказала сноха. - Хотите такую же?
И посмотрела на часы:
- Уже одиннадцать. Сейчас на месте сбора прозвучит свисток, и парад начнётся.


Продолжение следует.

Ещё фотографий о Вашингтоне до жопы,  по музею оружия, и теперь по 4 июля.
Буду чередовать.